(926) 312-82-93

Новый камень
реставрационное производственное объединение.
Искусственный камень, архитектурный декор, лепной декор и реставрация.

> Дом Кологривовых на Тверском бульваре



Дом Кологривовых на Тверском бульваре


Генерал от кавалерии Андрей Семенович Кологривов, а потом его жена Екатерина Александровна скупили на Тверском бульваре несколько мелких участков и построили дом, выходивший главным фасадом на бульвар. В апреле 1823 г. в уже готовом доме проводилась внутренняя отделка.

В конце прошлого века писали: «Среди московских особняков трудно указать другой образец такой простой архитектуры и вместе с тем такой исключительной нарядности. Впечатление парадности достигнуто скульптурными украшениями, а более всего – совершенством пропорций, легко намеченными карнизами и уступами. Дом Кологривовых – энциклопедия классических архитектурных декораций: великолепный александровский орел на фронтоне, помещенный после приобретения дома в казну, характерный орнаментальный фриз по карнизу, розетки по карнизу второго этажа, так изысканно и сдержанно размещенные, решетка балкона, опирающаяся на кронштейны из рыцарских шлемов, наконец, прекрасные маски на замках нижнего ряда окон – все это делает простые массы дома наряднее сложных и затейливых колоннад».

Известный искусствовед В.В. Згура приписывал авторство этого дома – выдающегося образца ампирной архитектуры – Доменико Жилярди.

Дом Кологривовых на Тверском бульваре был хорошо известен в Москве начала XIXв. В нем иногда давал балы танцмейстер Петр Иогель, за много лет переучивший танцам всю Москву: еще маленького Пушкина водили на детские балы Иогеля. На одном из его балов он, уже тридцатилетний знаменитый поэт, увидел шестнадцатилетнюю Наталью Гончарову. Много лет считалось, что этот бал происходил в доме Кологривовых на Тверском бульваре. Основанием для этого считали письмо москвича А.Я. Булгакова брату в Петербург, написанное 21 февраля 1829 г., в котором живо описана обстановка балов Иогеля: «Сам я, хотя и нездоровый, поехал на всемирный бал, который Иогель дает всякий год для своих учениц. Он столько трудился около нашего кадриля и такие сделал, можно сказать, чудеса, что не мог я ему отказать повезти хотя бы Катеньку [старшую дочь А.Я. Булгакова – авт.]… Там была бездна, 500 человек, и хотя дом Кологривовых на бульваре велик, с двумя залами, было тесно и жарко… Признаться, порадовался я: Катенька, очень просто одетая, обращала глаза всех на себя, так что, право, было непристойно. Ты знаешь нашу публику. Многие дамы водили мимо Кати своих знакомых, крича и толкая их в бок: вот, вот она в белом платье, а иные просто останавливались, смотрели в глаза». В своем письме Булгаков не упоминал ни о Гончаровой, ни о Пушкине, и значительно более вероятно, что знаменательная встреча поэта с будущей женой произошла не здесь, в доме на Тверском бульваре, а в зале Благородного собрания, где Иогель в тот год также давал балы.

В ноябре 1830 г. дом Кологривовых со всем участком и строениями на нем приобрела городская дума для помещения канцелярии московского обер-полицмейстера, и в залах бывшего великосветского особняка, где когда-то гремела музыка, стали слышны другие звуки: звон шпор и топот сапог. Сюда в 1834 г. на первый допрос привезли Герцена, арестовав его в доме отца на Сивцевом Вражке.

Но Герцен еще раньше побывал здесь, пытаясь узнать о судьбе своего друга Николая Огарева, арестованного ранее. Сначала он посетил несколько своих московских знакомых, а потом, как он писал в «Былом и думах», «ехавши от Орлова домой мимо обер-полицмейстерского дома, мне пришло в голову попросить открыто дозволение повидаться с Огаревым». Позволения дано не было, а ночью 21 июля самого Герцена арестовали и через 2 недели пребывания в Пречистенской полицейской части (в Штатном переулке) привезли сюда и подвергли допросу.

В этом доме до самой революции 1917 г. находилась московская полиция, и особняк был свидетелем нескольких террористических актов, предпринятых революционерами.

Так, в июне 1905 г. член боевой организации эсэров Куликовский явился на прием к московскому градоначальнику графу Шувалову и убил его четырьмя выстрелами в упор; 30 октября 1906 г. те же эсэры бросили бомбу, надеясь убить градоначальника Рейнбота, но попытка эта кончилась неудачно.

Во время вооруженной борьбы за власть в октябре 1917 г. это здание было центром сопротивления большевикам: там укрепились отряды, состоявшие из гимназистов, чиновников, студентов. Днем, 28 октября большевиками было принято решение образовать «отряд особого назначения» для штурма здания, и с утра следующего дня после орудийного обстрела его удалось занять.В советское время в доме находились некоторые городские службы, в том числе, адресный стол московской милиции.

По планам перестройки Москвы всю сторону Тверского бульвара от Пушкинской площади до Никитских ворот предполагалось строить заново и частью задуманного ансамбля должно было стать здание музыкального театра имени В.И. Немировича-Данченко. Для него почему-то не нашлось другого места, как то, где находился архитектурный памятник – дом Кологривовых. В 1935 г. его разрушили, а ведь там еще сохранялись части оригинального интерьера, многие дворовые постройки и даже садовые затеи.

Дом обер-полицмейстера на Тверском бульваре, конец XIX в., Тверской бульвар, д.22

Дом обер-полицмейстера на Тверском бульваре, конец XIX в., Тверской бульвар, д.22




Вернуться к списку статей


© 2007-2015 г. Москва, архитектурно-производственная фирма «РПО «Новый Камень» (New Stone Ltd.) 
Все права защищены. При копировании материалов указание источника - www.MStone.ru - обязательно.

Продвижение - Roygbiv.

PR-CY.ru Новый Камень, РПО в оптовом православном магазине Ризница.ру